альки уже не было, а была только счастливая улыбка, застывшая на
мертвых губах ее взбалмошно кудрявой головки, когда Степан-сибиряк и Яшка
валялись - должно быть, впервые за всю ..
И в этой стране он с любого места побережья мог видеть
острова, а на этих островах странные, вызывающие восление в
крови, существа, называть которые у него не хватило духу...
Ориентиры полностью совпадают.
-- Повторяю, у меня traspaso. Никто не может продать эту землю.
-- М..
...
А надо сказать, что рассказы Жамма составляли усладу наших ночных
бдений.
-- Я охотно поделился бы с вами тем романом, что имел место в доме,
который вы видели, -- начал Жерар, -- но из-за того, что сам я смог раскрыть
или восстановить его только частично, боюсь, что внесу в свой рассказ хоть
какой-то порядок лишь ценой той загадочной привлекательности, в которую мое
любопытство некогда облекало каждое событие...
-- Вносите в рассказ какой угодно беспорядок, -- отвечал Жамм.
-- Зачем стараться восстанавливать события в хронологическом порядке?
-- сказал я. -- Не лучше ли повествовать о них в том порядке, в котором они
происходили?
-- Тогда не взыщите, если я буду много говорить о себе, -- сказал
Жерар.
-- Все мы только этим и заняты! -- воскликнул Жамм.
Вот о чем поведал нам Жерар.
I
Сегодня мне трудно понять то нетерпение, с которым я стремился жить. В
двадцать пять лет я мало что знал о жизни, и то из книг, и, конечно, поэтому
считал себя писателем: ведь я и понятия не имел, с какой дьявольской
хитростью события скрывают от нашего взора сторону, заинтересовавшую бы нас
более всего, и как мало они поддаются тем, кто не умеет взять их силой.
Я работал тогда над диссертацией на степень доктора на тему хронологии
проповедей Боссюэ*; не то чтобы меня как-то особенно привлекало церковное
красноречие, я выбрал эту тему из уважения к моему старому учителю Альберу
Десносу, труд которого "Жизнь Боссюэ" как раз выходил в свет. Как только
Деснос узнал о моих намерениях, он предложил мне помочь. один из его старых
друзей, Бенжамен Флош, член-корреспондент Академии надписей и словесности,
обладал источниками, которые, несомненно, могли мне пригодиться, и в
частности Библией с пометками самого Боссюэ...
