Перевод Д. Вознякевич
                                                            Моей дочери Джил

СРЕДА



     Когда в казармах, и размещенных вокруг города лагерях горны затрубили подъем, большинство горожан уже давно не спало. Им было не нужно подниматься с соломенных тюфяков на убогих койках в их тесных жилищах, так как почти никто, кроме детей, даже не смыкал глаз. Сплоченные общим страхом и тревогой, они всю ночь безмолвно теснились у тлеющих жаровен и камельков, потом темнота наконец поредела и занялся новый день тревоги и страха.
     Один из тех знаменитых негодяев, что впоследствии стали у Наполеона маршалами, набрал полк в этой местности, в сущности, сформировал его лично, привел к присяге Императору и вместе с полком стал одной из ярчайших звезд в том созвездии, что некогда охватывало зловещим предзнаменованием полнебосвода и опалило лучами половину земли. Отсюда же набирались почти все свежие пополнения, и теперь, поскольку большинство стариков было ветеранами этого полка, а дети мужского пола - его будущими солдатами, все здешние жители принимали случившееся близко к сердцу, не только родители и родственники обреченных солдат, но и те отцы, матери, сестры, жены и невесты, чьи сыновья, братья, мужья, женихи не попали в число обреченных лишь благодаря случайности - и слепому везению.
     Отзвуки горнов еще не успели стихнуть, а перенаселенные трущобы уже извергали своих обитателей. Лучше всего это было бы видно французскому, английскому или американскому (а при особой отваге и удаче даже немецкому) летчику: людской поток струился из лачуг и квартир в улочки, переулки и безымянные тупики, они вливались в улицы, и струйки превращались в ручьи, ручьи в реки, и в конце концов казалось, весь город потек на Place de Ville {Городская площадь (фр.).} по бульварам, сходящимся к ней, будто спицы к втулке, заполнил ее, а затем под давлением собственной, все нарастающей массы безотказной волной прихлынул к неприступному входу в отель, где трое часовых из трех союзных армий стояли у трех голых флагштоков для подъема трех соцветных флагов.
     Здесь люди увидели первые подтянутые войска. Это был отряд гарнизонной кавалерии, он уже перекрыл широкий главный бульвар, ведущий от Place de Ville к старым воротам былой восточной стены, и выжидал, словно шум этого прилива был еще до начала слышен в спальне самого мэра. Но толпа не обращала внимания на кавалерию.

Страницы: (326) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Браунриг улыбнулся. — Я слежу за вашими боями, — сказал он. — У вас большое будущее. Я узнаю чемпионский почерк, когда наблюдаю за схватками на ринге. Слэг успокоился и сел. — Ага, — пробурчал он. — Ну, так потревожьте эту даму. Я спешу. Браунриг ушел за занавеску в конце парикмахерской и вернулся через несколько минут. — Мисс Хэнсон сейчас выйдет, — сообщил он. — Не желаете ли заодно подстричься или побриться? Слэг воззрился на него сердито. — Нет, — отрезал он. — Побудьте где нибудь там. Мне нужно переговорить с этой дамой. Браунриг поколебался, потом сказал: — Ладно, мистер Мойнихен, можете действовать. Слэг ухмыльнулся. — Конечно, ладно, — кивнул он. — Шевелитесь, Ножницы, и не возвращайтесь, пока я не уйду. Браунриг ушел из салона достаточно покорно, но оставил дверь чуть чуть приоткрытой. Ему не понравилось выражение битого перебитого лица Слэга. Из за занавески появилась Роза Хэнсон, катя перед собой небольшой столик, на котором лежали все ее маникюрные принадлежности. Она увидела Слэга, и ее лицо отвердело. Это была дама красивой наружности, с пышными формами и густыми золотисто каштановыми волосами. — О, это вы, — бросила она презрительно. — Что вам угодно? Слэг посмотрел на нее с восхищением. — Всего лишь обработать мои ногти, детка, — объявил он. — А я расскажу вам какие нибудь сказки на сон грядущий. Она покачала головой. — Вам нужен не маникюр, — проронила она. — Для таких рук, как ваши, нужен пневматический отбойник. Слэг согнул свои ручищи и глуповато ухмыльнулся. — Послушай, детка, — сказал он. — Эти лапы зарабатывают мне неплохие куски. Я подумал, может, пора преподнести им подарок ко дню рождения. Давай ка. Обработай их как следует. Она подкатила свой столик ближе к нему и села на табурет, положив ногу на ногу и показав ему аккуратную коленку. Слэг в открытую пялился на ее стройные ноги. — У тебя шикарная пара конечностей. Это факт, что ты красотка. Она взяла его руку в свою. — Можете мне не расписывать мою красоту, — сказала она, — я сама знаю. Слэг надул губы. Эта дама твердый орешек, подумал он. Уломать ее будет нелегко. — Хотите получить билет на один из моих боев? — спросил он, пуская в ход наилучший прием из всего своего запаса...

Джеймс Хэдли Чейз (James Hadley Chase)   
«Намалеванный ангел»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Краткие содержания

Стол заказов